Официальный сайт

рус eng

Наши Легенды. Павел Буре

14 декабря 2016

 В этом году отечественный хоккей отмечает 70-летний юбилей. В честь этого события Федерация хоккея России запускает серию интервью с нашими легендами – спортсменами и тренерами, которые добывали важнейшие победы для нашего вида спорта.

Герой нашего интервью - легендарный Павел Буре, "Русская Ракета", один из самых зрелищных игроков за всю историю:

 


Текстовая версия 

Мой отъезд в Северную Америку никаким бегством не являлся.

Для меня это достаточно простое решение было, так как это уже был 91-й год, уже изменились и правила, и законы. То есть на тот момент любой советский человек, если находил себе работу заграницей, мог спокойно туда уезжать. Почему 91-й год? Потому что мне нужно было до этого два года отслужить в армии. Я никогда не хотел никакие законы нарушать, поэтому, когда я отслужил два года, мне было 20 лет, и так получилось, что я не поехал на Кубок Канады, меня не взяли в сборную, и я просто взял и спокойно купил билет и отправился играть в НХЛ.

Перед тем Кубком Канады мне доходчиво объяснили, что да как. Или ты должен еще играть за ЦСКА два года, или ты не поедешь выступать за сборную на Кубок Канады. Вот такой ультиматум выдвинули. Я сказал, что меня такие условия не устраивают, и я тогда за сборную играть не буду.

Были знаменитые и даже легендарные тройки, были пары защитников, но, чтобы именно пятерки – такого не бывало, я считаю, ни у нас в СССР, ни в России, ни в НХЛ. Один из этой легендарной нашей пятерки, являлся моим кумиром. Сергей Макаров. Мне посчастливилось даже иногда играть в этой пятерке, вместо или Макарова, если он заболевал, или вместо Крутова, по той же причине. Можно сказать, я вырос на глазах этих звезд, и они очень много мне помогали, подсказывали. Я считаю себя счастливым человеком, потому что мне повезло с ними играть в одной команде, а иногда даже в одной пятерке. И до сих пор мы дружим, общаемся, играем в хоккей, проводим вместе время.

Был такой любопытный эпизод, когда мне было 16 лет. Меня, такого юного, уже взяли в команду мастеров ЦСКА. Но я еще учился в школе и не прогуливал ее. В один из дней мне после школы надо было ехать на базу готовиться. И так получилось, что мимо проезжал Виктор Васильевич Тихонов на своей персональной машине. И чтобы мне не добираться на метро и на автобусах всяких, он говорит: «Садись, я тебя подвезу». Мы добрали довольно быстро, минут за сорок. По дороге я спрашиваю Виктора Васильевича: «А кто для вас самый великий из этой пятерки?». Он отвечает: «Крутов Володя». А я ему признаюсь: «Вы знаете, а мне вот как нападающий больше Макаров нравится».  А Тихонов повторяет: «Нет-нет, Крутов, именно Крутов».  Мне больше импонировал стиль Сергея Макарова, хотя мы с Володей были очень близкими друзьями и его стиль мне тоже очень нравился. Почему Тихонов выделял Крутова? Крутов умел в нужный момент быть там, где надо, и забить решающий гол.

У Крутова не получилось в НХЛ.

Не так просто приехать в 30 лет, когда ты уже взрослый человек, и привыкнуть к новой стране, к новой обстановке. Тем более в то время нам было очень тяжело. Мы не знали языка, мы не знали как общаться, фактически ничего не знали. И поэтому адаптация очень многим ребятам, кто был постарше, тяжело далась. В 30-летнем возрасте, конечно, это намного сложнее. К сожалению, наверное, у Володи не пошло в НХЛ не из-за того, что к тому времени разучился играть, а просто именно из-за того, что окружало его вне хоккея. Не смог Владимир Крутов адаптироваться к жизни в Северной Америке. Очень сожалею по этому поводу.

В мое время, например, даже если я заболел и в школу не шел, то не сидел дома, а брал клюшку и шел во двор играть в хоккей. Мог целый день играть. Родители не обязательно должны были знать о моем «выздоровлении» на хоккейной коробке. Мои родители работали.

У нас не было интернета, у нас было три канала по телевизору, то есть дома-то нечего было делать. А сегодня мы живем в другую эпоху.

Я знал многих своих кумиров, следил за ними и где-то я вычитал, что самое раннее попадание в команду мастеров было в 17-летнем возрасте. И поэтому, когда я был маленьким, но уже занимался в школе ЦСКА, я поставил себе цель – попасть в «мастера» в 16 лет. И долгие 10 лет я к этому шел. И так получилось, что я выполнил поставленную перед собой цель. А потом уже ставились другие цели – попасть в сборную команду СССР…

Я с детства очень много тренировался, чтобы добиться высоких результатов. Чтобы попасть в команду мастеров в 16 лет, мне пришлось тренироваться в два раза больше, чем другим ребятам.  Я всегда играл с теми, кто был старше меня. А человеческий организм, он все-таки может терпеть до определенных пределов, а дальше он попросту не выдерживает. Естественно, ты получаешь какие-то травмы. И дальше все зависит уже от твоего стиля, если ты лезешь постоянно на пятачок, где забиваются голы, а забиваются они чаще всего с пятачка, то ты там будешь и получать сопротивление, жесткую борьбу. Но если ты хочешь забивать, должен идти на риск и можешь получить травму. Только вопрос времени, когда ты получишь новую травму. Нормально это. А если ты играешь по пустому льду, то и не забрасываешь шайбу в ворота. И спокойно можешь играть до 40 лет.

Сидя в машине с новой фирменной резиной ты можешь, конечно, выиграть и обогнать всех со светофора. Но тебе придется часто менять резину из-за пробуксовки. У человека происходит то же самое, но ноги ты поменять не можешь. То, что я всегда играл со старшими парнями, и то, что стиль был агрессивным и заточенным на завершение атаки вблизи ворот, неизбежно приводило к повышенному травматизму.

В 16-летнем возрасте я уже играл со звездами первой величины, с большими дядями, можно сказать, и я ясно осознавал, что мне нельзя с ними сталкиваться, потому что у них физической мощи намного больше, чем у меня. Всегда надо было крутить головой на 360 градусов. Но и поймать меня на силовой прием не так-то легко было. И я всегда мог кого-нибудь поймать - даже с меньшим весом на противоходе ты можешь убить любого.

Я 16 лет профессионально выступал и не могу сказать, что на протяжении всей своей карьеры, чтобы кто-то особо грубо играл против меня. Жестко – да, конечно. Но это – хоккей! Но грубо? Я такого не могу вспомнить.

У меня было 7 операций в карьере. Первую сделали в 14 лет в Москве. Я уже подавал надежды, и мне нашли лучших врачей в столице. В Северной Америке мною занимались уже лучшие врачи мира, естественно. С медицинской точки зрения все у меня складывалось нормально. Я возвращался в строй. Однако даже при этом я, не меняя свой игровой стиль, понимал, что снова есть риск травмироваться. Если тебя успешно прооперировали, и ты будешь просто ходить как обычный человек или заниматься физкультурой, то такого риска нет. А если продолжаешь выступать профессионально, будь готов ко всему. Профессионал выступает за пределами человеческих возможностей. Поэтому большой спорт не дает здоровья. Он забирает его. Дает здоровье физкультура.

На Олимпиаде 1998 года в Нагано ребята делали все возможное… Есть такой элемент очень важный в спорте – удача. Там в принципе был равный финал с чехами. А шайбу, которую они единственную забросили? Очень редко такое случается. Специально никто не бросал, шайбу выкинули – попало нашему игроку в грудь – залетела в ворота. А мобилизовывать в Нагано никто не требовалось, все мы выкладывались полностью.

На Олимпиаде 2002 года в Солт-Лейк-Сити в нашем полуфинале против американцев арбитр отказался смотреть видеоповтор нашей голевой комбинации при счете 1:2. Невыгодно было, если Россия выходила в финал. Для большого руководства мирового хоккея было выгодно, чтобы в финале встретились США и Канада. Потому что это уже был совершенно другой телевизионный контракт. Все хотели и делали все возможное, чтобы в финал вышли США и Канада. Россия там не должна была играть. И потому отказали в видеоповторе. Олимпиада проходила в США и если Америка выходила играть с Канадой в финале, то получалось, что смотрела бы вся Америка. А это – большие, очень большие деньги.

На Олимпиаде 2006 года в Турине я выступал в роли генерального менеджера. Первое, что я попытался сделать в сборной, чтобы был в коллективе монолит. Было все очень разрозненно, были две группировки в сборной – энхаэловцы и не энхаэловцы. И первое, что я сказал: «Ребята, если вы хотите играть в этой команде, вы должны понять – тут у нас нет разделения никакого, а есть сборная нашей страны. И мы все – одинаковые». И ребята очень дружелюбно и с уважением друг к другу отнеслись.

Считаю, что в Турине наши звезды были еще молодыми, они физически и морально выложились в битве с Канадой, и им просто дальше нечем было играть: ни физически и, особенно, морально не хватило. Как они сыграли против канадцев, и как потом – это были две разные команды. Потому что парни просто великолепно сыграли в четвертьфинале с Канадой.

Есть такая поговорка: «Скучно бывает только скучным людям».  У меня есть семья, есть дети, которые для меня приоритет. Для меня это самое главное в жизни. Но даже, когда не было семьи, детей, у меня был достаточно интересный график. Пару лет назад была создана Лига Легенд мирового хоккея, где я являюсь президентом.  Есть огромный интерес к этому проекту.

Хобби как такового у меня нет. Зато немало самых разных интересов... С шести лет я жил по строжайшему расписанию. И когда я закончил со спортом, у меня появилась такая большая привилегия – самому составлять свое расписание на предстоящий день. И я очень ценю такую привилегию.

Я не знаю – такое вообще когда-нибудь бывало или будет? Я играл в одной тройке с двумя действующими президентами – с президентом России Владимиром Путиным и с президентом Беларуси Александром Лукашенко. Это я никогда не забуду. И буду рассказывать об этом своим детям и внукам.

 

 

Теги: Наши Легенды Хоккей России 70 Павел Буре