Официальный сайт

рус eng

Наши легенды. Суперсерия-72. Виктор Хоточкин

15 сентября 2017

В сентябре 1972 года состоялись матчи Суперсерии между сборными СССР и Канады, которые положили начало знаменитому противостоянию двух хоккейных держав. Суперсерия-72 изменила игру, оказав влияние на развитие хоккея по обе стороны океана.

В рамках празднования 45-летия памятных событий, ФХР продолжает публикацию интервью из серии “Наши легенды” - с легендарными советскими хоккеистами и функционерами, непосредственными участниками знаменитого противостояния.

Герой очередного выпуска “Наших легенд” - Виктор Хоточкин, почетный вице-президент Олимпийского комитета России, который входил в состав делегации сборной СССР на Суперсерии-72. О том, что окружало очную встречу хоккейных супердержав:


Идея Суперсерии

Хоккей одинаково любят и у нас, и в Канаде. В Канаде, конечно, посильнее – это и понятно: у них хоккейная история намного раньше началась. Советский Союз и Канады – две мировые хоккейные державы. И к началу 70-х годов все понимали, что следовало найти возможность помериться силами не заочно, а напрямую.

Конечно, на карту было очень многое поставлено. Сама идея Суперсерии обсуждалась на самых верхних этажах власти в СССР. Понятно, что и в Политбюро были люди, которые являлись противниками такого невиданного в большом спорте противостояния, да еще в таком популярном в нашей стране виде спорта, как хоккей. Прежде всего возражал Суслов, очень влиятельная фигура во власти. Крупные партийные руководители боялись этой необычности, этого масштаба, этого риска с треском проиграть канадским профи.

Даже Павлов, глава всесоюзного спорткомитета, который был главным инициатором Суперсерии с нашей стороны, побаивался позорного дебюта в первом матче в Монреале. Находясь в те дни Мюнхене в олимпийской деревне, Сергей Павлович шел вместе с Виталием Георгиевичем Смирновым  на просмотр телетрансляции из Монреаля и откровенно высказывался: «Виталий, ну лишь бы не 2:10 было. Ну, там 2:4 или 3:6 еще куда ни шло…» Павлов, который по существу поручился своим партийным билетом, что наша сборная выступит достойно, и тот внутренне-то осознавал, что все это было колоссальным риском. 

Большим подспорьем стало то, что Леонид  Брежнев очень любил хоккей; частенько наведывался в Лужники на игры первенства страны; болел за ЦСКА. И вот Брежнев вопреки позиции Суслова заявил: «Нет, будут играть против канадцев. Я за то, чтобы сразились с профессионалами!». Голос Леонида Ильича оказался, сами понимаете, решающим. Повторю, что главным движителем, главным мотором этой идеи являлся Сергей Павлович Павлов; искренне был убежден в необходимости серии и умело и настойчиво продвигал эту смелую идею в разных инстанциях – и вот так неожиданно получил поддержку от генерального секретаря ЦК. 

На самом деле в карьере Павлова было много исторических достижений в спорте. После того, как во многом благодаря ему была проведена Суперсерия-72, Сергей Павлович осуществил еще одну свою мечту – провел в 1980 году Олимпиаду в Москве.

Сергей Павлович осознанно принялся убеждать на всех уровнях, что серия СССР – Канада нужна для мирового хоккея, для мирового спорта. Наши игроки и тренеры понимали, что эпоха сплошных побед при Чернышеве – Тарасове привела к своего рода застою, к потере куража. Владислав Третьяк в своей книге писал об этом: ну вот выиграем мы очередной раз у канадцев, а вокруг будут твердить – мол, с кем вы играете? С любителями. А вы вот с профессионалами НХЛ, с настоящими звездами сразитесь!

В хоккейных кругах Канады было неспокойно. Им изрядно надоело,  что на уровне любительских сборных с участием бывших профессионалов они постоянно терпели фиаско. Золота не доставалось, русские побеждали их регулярно, а порой и разгром учиняли. Им надоело слышать упреки своих же СМИ: дескать, прячетесь от русских, уклоняетесь от прямых встреч с ними. Канадская пресса потихоньку душила боссов НХЛ. Потому и была создана организация «Хоккей Канады»; пришли деловые люди – такие, как Алан Иглсон, возглавлявший тогда профсоюз игроков НХЛ. И закрутился маховик на родине хоккея в плане подготовки Суперсерии. Начались активные и результативные двусторонние консультации.

Едва ли не ключевым аспектом стало – по каким правилам будем играть в серии? Канадцы неохотно, но все же согласились играть по правилам ИИХФ. По правилам европейского хоккея. По тем правилам, по которым проводились чемпионаты мира и олимпийские игры. Это напрямую указывало на то, что они тоже были очень заинтересованы в дуэли Канада – СССР.

Подготовка Суперсерии

Председатель всесоюзного спорткомитета Павлов провел очень много встреч с нашими специалистами, советуясь с ними в период подготовки к Суперсерии. Подключилось наше посольство в Канаде: дипломаты  готовили информационные материалы: какие в Канаде прогнозы в отношении предстоящих игр; как эта идея муссируется в канадской прессе.

И Канада, и Советский Союз «заводили» друг друга, спортивный азарт присутствовал даже у руководителей крупного масштаба. Пожалуй,  на родине хоккея страсти разгорались в большей степени. «Если вы не трусы, вы должны с русскими встретиться – иначе какие же вы профессионалы, какие хоккейные звезды!» В своих мемуарах Фил Эспозито пишет о том, что «нам уже деваться было некуда».

Снова и снова подчеркиваю особую роль Сергея Павловича Павлова. Вот не рискни он своим руководящим положением, не рискни в случае плачевного итога серии своим партийным билетом – и все бы окружающие поняли бы такую позицию: что ж, молодец – разумный и осторожный человек.  А он пошел на сознательный риск и сумел убедить вышестоящее начальство. Убеждать Сергей Павлович умел блестяще. Понимал, что нашему хоккею стоит сразится со звездами НХЛ, стоит ради движения вперед и дальнейшего развития. Сергей Павлович Павлов – лучший руководитель нашего спорта за всю историю.

По ходу подготовки к Суперсерии возникла проблема с тем, кто должен возглавить нашу сборную. Саму идею такой серии в предыдущие годы высказывали и Чернышев, и Тарасов. Особенно активен был Анатолий Владимирович. Однако он и Аркадий Иванович после Олимпиады1972 года были фактически отстранены от руководства сборной. Ее возглавил Всеволод Михайлович Бобров.

Закулисье  - ТВ и  финансы

Подводных течений при подготовке к Супесерии было много, очень много. Ведь ничего подобного раньше не бывало. Ни по масштабу, ни по разного рода сложностям.

Финансовые условия для обеих сторон обсуждались на переговорах тщательно, это занимало много времени; порой казалось, что советская и канадская делегации так и не найдут компромиссные решения. Однако обе хоккейные державы были заинтересованы в очной дуэли, и поэтому в конечном счете все организационные проблемы решались.

Канадская сторона затребовала довольно большую сумму за показ матчей в России. Естественно, Гостелерадио на эти баснословные суммы не соглашалось. Ни в какую! Денег у нас попросту не было на это, не предусмотрено было. Переговоры шли долго, напряженно, иногда даже мучительно. Компромисс все же мы нашли: мы получаем сигнал из Канады бесплатно, за каждый матч наша сторона получала по 5 тысяч долларов – вся делегация, включая хоккеистов и тренеров. Для канадцев это, конечно же, были смешные деньги.

В наши дни демонстрируют архивную хронику той серии. Это же все снимало не наше телевидение, а канадское . Поэтому мы получаем какие-то фрагментарные кусочки бесценной хроники. А тут еще что выяснилось – в Советском Союзе было плохо с пленкой для видеозаписей; кем-то была дана команда сверху, может быть, даже главой Гостелерадио Лапиным – все смыть, все хронику года через три после серии смыли. И все видеозаписи, которые делались в Москве, в московской части серии, нашими операторами с телевидения, были фактически уничтожены. Спустя многие годы события 1972 года восстанавливались с участием канадцев. Вот так, к сожалению, получилось. Наверное,  мы бы больше знали об этих матчах, если бы могли использовать и наши оригинальные материалы.

После того, как советская и канадская делегации обо всем принципиально договорились и подписали соответствующие документы, к нам прилетели их разведчики-наблюдатели. Двое их было. Уважаемые в НХЛ специалисты. Мне было доверено их опекать, а еще их взял под свою опеку гостеприимный Тарасов. И благодаря Анатолию Владимировичу скауты узнали, что такое русская баня. Когда залезали в парилку, буквально уши сворачивались в трубочку. Орали:

- Анатолий, хватит! Умоляем – хватит нас хлестать веником!

- Ну, мужики, если вы нашу баню не выдерживаете, то и против русских в хоккее вам делать нечего!

Потом Анатолий Владимирович наливал им водку в стаканы. И это испытание канадские разведчики тоже не были в состоянии пройти.

Они посетили две тренировочные игры сборной – в Москве и Ленинграде. Владик Третьяк не был похож на себя, потому что назавтра у него была свадьба. Но еще, мое мнение, хитрость проявил Бобров: не стал показывать «товар лицом»… Я был и раньше знаком с Всеволодом Михайловичем, неплохо знал его, но в те дни он раскрылся для меня новыми гранями. Мудрейшим человеком был. Сразу понял, что мы можем одолеть канадцев только благодаря неожиданности, тому, что они нас толком не знают и не могут оценить по-настоящему силы советского хоккея; и второй фактор – наша физическая подготовка. Уже с июля все кандидаты в сборную вкалывали на сборах. 

Матч №1

Наши парни благодаря сборам в июле – августе превосходили канадцев в физической готовности. И потому установка Боброва звучала просто: «Катим, катим – добавляем скорости!» И постепенно, постепенно это стало приносить плоды.

Спустя годы я по просьбе Кэна Драйдена перевел его книгу. Вышла в свет в издательстве «Прогресс» и разлетелась большущим тиражом. Он там пишет: «Понять, кто у русских будет бросать и с какого места, было невозможно. Русские как фантомы летали передо мной…». В скоростном мышлении, в комбинационной игре мы превосходили звезд НХЛ.

Когда после первой игры мы приехали в Торонто, было воскресенье; газет не было, только одна газета вышла – «Торонто Стар».На титульном листе была размещена… черная рамка. Траурная рамка. «We Lost» - «Проиграли».

Матч №2

Торонто вообще для нас несчастливое место. Сколько мы там ни играли, мы все время проигрывали. Так у меня осталось в памяти от тех лет, когда я в хоккее работал. Узкая поляна. Узкая площадка. И канадцы хорошо знали особенности отскока шайбы: после их бросков мимо ворот, шайба от борта выскакивала в определенные точки, где хозяева площадки уже стояли. А наши хоккеисты никак не могли к этому приноровиться – чувствовали себя как в какой-то мышеловке.

Матч №3

Виннипег у меня ассоциируется… с украинской диаспорой. С момента прилета советской делегации мы ощущали особенно теплую атмосферу. Мэр Виннипега Дзюба встречал нашего руководителя Рогульского и они общались на родном языке. Сразу по прилету начались всякие протокольные мероприятия. Команда, ясно, жила по собственному распорядку, а мы, кто входил в делегацию, были вынуждены посещать все достопримечательности Виннипега. Какая же там царила теплая обстановка! Никакого негатива, никакой оголтелости: вот, русские приехали… Принимали как своих! Наверное, за счет того, что в этой провинции была огромная украинская диаспора. И на матче нас довольно активно поддерживали, мы слышали даже выкрики на русском. По качеству там выдалась замечательная игра. Наши парни раскрепостились, держались своего стиля; как-то чувствовалось, что канадцы зауважали наших мастеров и не применяли грязные силовые приемы.

Матч №4

Еще до матча в Ванкувере, в котором советская сборная убедительно победила, некоторые сопровождавшие нас товарищи высказывались в таком духе: «Ну, теперь-то можем спокойно возвращаться в Москву. Независимо от результата здесь, в Ванкувере. Мы уже не в минусах, у нас и ничейка имеется, и победа. Уже не стыдно в глаза начальству посмотреть. Да, были такие люди в составе делегации из соответсвующих органов, которые уже радостно потирали руки: не стыдно возвращаться на родину; можем тягаться со звездами НХЛ.

Харламов

Сохранилась фотография того момента, когда Старовойтов подозвал арбитра; я находился рядом и переводил. Это был момент, когда Кларк намеренно нанес Харламову очень болезненный удар в незащищенное место. Травмировал его, выведя из строя. Валерия увезли со льда. Мы сразу подозвали судью и Андрей Васильевич с негодованием произнес: «Смотри за игрой! Человека же убивают открыто?! Внаглую. Ты для чего на льду-то находишься?!». И еще повторил это два или три раза. Настолько Кларк бесцеремонно все совершил, что это, конечно, возмутило всех.

Судейство

Нельзя сказать, что судейство было субъективным, что было предвзятым; причем направленным как-то против нас. Как ни странно, судейство было достаточно объективным. Мы, конечно, думали, что будет хуже. Но все проблемы происходили из-за того, что канадцы привыкли в НХЛ к тому, что многое позволялось в силовой борьбе. А наши, напротив, играли обычно по более строгим правилам. Это я сравнил бы с тем, как футбольные арбитры трактуют правила в Англии и в России… Тогда все понимали, что нельзя ожидать идеального судейства, ожидать, что обе стороны будут постоянно довольны решениями «блюстителей порядка». В канадской части серии работали те, кто обслуживали матчи НХЛ; мы не до конца понимали их трактовку хоккейных правил. А в Москве, когда на льду находились европейские арбитры, уже канадцы оказались в той же шкуре, что и мы в Канаде.

Матч №8

С нашей стороны все были уверены, что серию завершим в нашу пользу. В голове не укладывалось, что может как-то иначе случиться. Чтоб такая концовка серии выдалась?! Вот это чудо хоккея, эта его непредсказуемость.

Вели перед третьим периодом две шайбы, все складывалось замечательно. И подзабыли, наверное. как канадцы всегда проводят концовку боя…

Бобров в сердцах высказался в раздевалке после матча: «Пропижонили вы игру! Пропижонили!».

Эхо Суперсерии

Суперсерия 72-го года превзошла все ожидания. И Канада, и Советский Союза, согласившись на очную дуэль, выиграли от этого. Выиграл и в целом мировой хоккей.

Минимальный перевес родоначальников игры по итогам серии не стал главным событием.

Во-первых, мы показали, что представляем собой реальную силу.

Во-вторых, им наш хоккей понравился.

В-третьих, появился новый мощный импульс в прогрессе хоккея – такой кровообмен сказался благотворным ,  еще больше возросла популярность игры в обоих государствах. 

Канадцы принялись активно зазывать наших звезд, предлагая баснословные по тем временам контракты…

Клубы НХЛ стали приглашать шведов, финнов к себе.  До серии об этом никто и не помышлял; за океаном скандинавов вообще за хоккеистов не считали.

В 72-м не оказалось ни проигравших, ни выигравших. Канадцы поняли, к чему стремиться, а мы осознали, что не являемся мальчиками для битья даже в дуэли с заокеанскими звездами.

Мне кажется, какая-то внутренняя российская гордость взыграла после Суперсерии. Это как человеку, преодолевшему тяжелые испытания, с которым ранее не встречался, не страшно вступать в бой с грозной силой, в какое-то ристалище. Ведь он уже пережил нечто исключительное в своей жизни, выдержал свою Сталинградскую битву! Выжил и пошел дальше…

Федерация хоккея России

Теги: Наши Легенды